Елена Чернова


Мир 3D. — Итак, прошёл Круглый стол по господдержке анимации. Как вы оцениваете его результаты?

Елена Чернова. — Результаты, с одной стороны, ободряющие, поскольку понятно, что всем не всё равно, потому что практически вся анимационная общественность России сейчас в беде, чего уж греха таить. Другое дело, я смотрю, аниматоры не очень привыкли и не слишком настроены на конкретные решения проблем. Наблюдается некоторая беспорядочность в высказываниях, и явно нет опыта работы по созданию общественной организации — если есть какой-то регламент совещания, то его стоило бы придерживаться, а на Круглом столе такого не было.

Каждый аниматор говорит о своей боли, это понятно, но волноваться-то надо «поэтапно»: сначала надо создать условия для решения задач, а уж только потом их решать. Что толку сейчас говорить о нарушении авторских прав в мультипликации, когда нет инструмента, нет структуры, которая могла бы защитить их. Хотелось бы, чтобы люди не опережали события, а планомерно шли к решению задач. Нужна группа людей, которая спокойно, без эмоций, без обид, с холодной головой, полной доброжелательности, собрались и поняли бы, как сделать так, чтобы люди, которые занимаются анимационным творчеством, были бы защищены во всех аспектах — и юридически, и экономически, и социально, и эмоционально...

Мир 3D. На ваш взгляд, из-за чего сложилась ситуация, что в мультипликацонной отрасли нет понимания, как решать подобные проблемы?

Елена Чернова. — Возможно, из-за того, что раньше, во времена Советского Союза, анимация была «имперским» искусством, и полностью финансировалась государством. Схемы остались прошлые, со всеми их плюсами и недостатками. А сейчас у нас рыночная экономика. Может быть, надо выходить на новые рубежи, так, как это сделали люди в других странах, и может быть, надо перенимать опыт оттуда. На наш рынок все стремятся, потому что у нас тут «бескрайние поля», и людей масса, и люди интересные, но это всё надо организовывать. У нас просто нет менеджерского звена как класса. Есть люди, которые работают руками и головой, воплощают идеи, но должны быть люди, которые организуют весь процесс и решают юридические и финансовые проблемы.

Совсем недавно их решать не было нужды. А сейчас у нас нет анимации как отрасли; она была во времена расцвета «Союзмультфильма», когда государство полностью брало на себя расходы по содержанию этого искусства. Сейчас же государство даёт то 70%, то 60%, - предполагается, что будет какое-то совместное финансирование, что продюсеры и менеджеры будут искать какие-то пути и средства сами. Про себя я могу сказать, что принадлежу к людям, которые что-то делают руками, и естественно, в области экономики и юриспруденции я «дитя». Кесарю — кесарево, слесарю — слесарево, каждому надо заниматься своим. Но то, что анимация — это выгодное дело, которое вызывает интерес во всём мире, и интерес не угасающий — это вне сомнений. Странно, при этом, получается, что это всё равно как сидеть на золотой жиле и думать: где бы взять денег? Нужна какая-то энергия, которая позволит вдуть жизнь во всё это. В анимацию идут главным образом по эмоции: это — a) весело, b) честно, c) есть очевидный результат: для человека очень важна реализация намерений. Это не то, что долго делать какой-то узелок, который непонятно где будет работать. А чтобы человеку быть спокойным за то, что он сделал: вот, вырастил хлеб, вырастил дерево, сделал кино, — люди приходят в зал, садятся, смотрят его, смеются, уходят довольными.

Всё это нуждается в защите, как и всё самое хорошее. Вот у нас этой защиты пока нет. Поэтому собираются люди разных возрастов, уровней, рангов, наши ветераны-«монстры» приходят и садятся рядом с самыми молодыми, и очень все заинтересованы.

Просто для того, чтобы всё это соединилось, чтобы весь паззл сложился, нужны определённые условия, чтобы каждая часть легла куда нужно, и для того нужны определённые усилия. Вот сейчас инициативная группа собралась — Сергей КАПКОВ, Мария ТЕРЕЩЕНКО, Лара МАЛЮКОВА, Юрий Борисович НОРШТЕЙН... Мне, кстати, очень понравилось, как выступил Андрей ХРЖАНОВСКИЙ: мало того, что он взял на себя труд всё прочитать и проанализировать, он ещё и всё разложил по полкам, в принципе, такой подход ко всему и должен быть.

Конечно, государство должно думать о том, какими вырастут наши дети, с какими мыслями, насколько они будут гражданами... Это, конечно, политическая часть вопроса, но я не знаю, насколько стоит разделять её и личностную составляющую. Если мы живём в государстве, то личные интересы переплетены с государственными, и наоборот, это нормально. В принципе, какое-то время всё держалось на личной энергии людей.

Вот был Александр Михайлович ТАТАРСКИЙ, - и вот он ходил и всем говорил в открытую то, что думает; может, иногда слишком прямо, может, иногда он слишком тревожил всех, а нужны были более обтекаемые формулировки... Но он считал, что на это время тратить не надо. Я его очень люблю, он всегда делал для меня только хорошее, я его считаю своим учителем... Так вот, студия «Пилот» своим появлением и существованием обязана его энергии, и он её чуть-чуть перерасходовал, и потому ушёл так рано...

Благодаря личному энтузиазму конкретных людей в течение последних 10 лет вообще хоть что-то происходит. С тех пор, как «Союзмультфильм» фактически перестал существовать... То есть, номинально он ещё существует, насколько я понимаю, с какими-то нерешёнными проблемами — авторских прав, деление собственности, помещений, и так далее.

Так или иначе, юридически защитить людей в этой ситуации, конечно, надо. Просто нужен здравый смысл: надо взять и посмотреть, что происходит, кому что принадлежит, кто какую выгоду может извлечь. Быть может, эту выгоду надо распределить между государством и теми людьми, которые непосредственно участвовали в создании мультфильмов.

Сейчас ведь главные обиды в чём заключаются? Произошло перераспределение собственности — в пользу людей, которые имеют лишь самое косвенное отношение к производству. И прибыль тоже идёт в непонятном направлении: если бы её часть шла на дальнейшее развитие отрасли, всё было бы нормально, а так получается, что это неконтролируемый и неуправляемый процесс.

Мир 3D.То есть, деньги, выделенные на анимацию, попросту утекают в неизвестном направлении?

Елена Чернова. — Я не знаю, что именно там происходит. Но если люди приходят и с тревогой о чём-то говорят, значит, не всё в порядке.

Мир 3D.У студии «Пилот» тоже?

Да. На данный момент я занята в продюсерской компании «Аргус Интернешнл», здесь есть интересная работа. Но мы все, кто работал на «Пилоте», эмоционально привязаны к нему; я себя считаю его адептом, но — я не раб этой ситуации. И у нас все так: у нас сходятся творческие группы, расходятся — это нормально для любого творческого сообщества; так что то, что я тут работаю, предательством я не считаю: будет возможность, буду работать на «Пилоте». Мне сейчас просто больно, что за последний год, из достаточно мощной студии, которая обладала тремя очень интересными технологиями — рисованной анимации, перекладки и пластилиновой группы, которая практически воссоздана была на «Пилоте», - практически ничего не осталось.

Нет работы — люди уходят, и уносят с собой всё. Ведь тут не получится так, что вот — свистнул, люди прибежали на кнопки нажимать. Это же не конвейер. Эти люди — творцы, и если хоть какой-то художник ушёл, или режиссёр, или какой-нибудь компоузер, — всё, зияет дыра, и её надо чем-то восполнить, а чем? Там от личностных характеристик чуть ли ни больше зависит, чем от любых других.

И хорошо, если в сентябре начнётся производство «Сказок», сейчас даже какое-то финансирование обещано, сказали, что «Пилоту» дадут какие-то фильмы делать, но производство-то реально начнётся только осенью! Чтобы люди пришли, начали работать и получать за это деньги, - это всё будет только осенью. А так вот уже полтора года люди без работы сидят.

Мир 3D.То есть «Пилот» сейчас фактически в неактивном состоянии?

Елена Чернова. — Да, он в законсервированном состоянии. Ни в коем случае нельзя говорить о том, что «Пилота» нет. Он есть — есть помещение, есть люди, которые душой к нему привязаны, есть люди, которые пытаются решить проблемы «Пилота», есть возможности — в смысле, проекты по созданию фильмов. Надо каким-то образом поддерживать непрерывность производства, например, с помощью госфинансирования или менеджеров и продюсеров, — это работа как раз той прослойки людей, которой сейчас просто не существует.

Работа прекращается – люди уходят. Некоторые вообще уходят из профессии. В «Пилоте» несколько человек просто разъехались по домам, в другие города. Люди специально приезжали оттуда в Москву, жили тут два или три года, закончили пилотовские анимационные курсы, принимали участие в проектах. А потом, как работы не стало... Москва — город дорогой, так что они собрались и уехали. Дай бог, если в Томске и Красноярске появятся свои студии: желание творить невозможно в себе подавить. Но факт, что хороших людей мы часто теряем, они из профессии уходят. В своё время я сделала фильм «Солдатская песня». Вот если бы у нас сразу на подхвате шёл следующий проект, мы бы той же группой его сделали в полтора раза быстрее, - люди учились на проекте, многие двухмерные аниматоры перешли в Maya и научились делать перекладку, была отработана технологическая линия, мы уже чётко знали, как вести предварительную подготовку... Получается, можно преумножать опыт, делать дальнейшие проекты быстрее и без потерь качества, а получается, что — сделали работу и распустили всех. И что?

Вот захотим сейчас снова сделать перекладку, и я не знаю, кто это будет делать. Леон ЭСТРИН ушёл в другое место... аниматоры тоже разошлись по разным проектам. И получается, каждый раз всё с нуля!

Вот, например, Андрей СОКОЛОВ, сколько раз он начинал свои проекты, создавал работоспособную команду, а потом она опять распадалась. И он говорит, что уже устал начинать всё заново. Ну и потом, кредит доверия — он тоже не бесконечен. И если аниматоров раз позвали, два позвали, состоялись какие-то проекты, а потом опять нет работы — каждый в итоге как-то решает свои проблемы самостоятельно.

Не скажу, что легко живётся аниматорам на Руси, хотя, конечно, выходят такие блистательные и весёлые работы, что кажется, будто всё нормально. Наверное, так в каждой творческой среде — сейчас киношники тоже не в лучшем состоянии находятся, особенно после такого пышного расцвета. Но там другие деньги и другая энергия. Смешные цифры: производство одного только «Шрека» - это годовой бюджет всей российской анимации, а то и больше. Подходы такие: вот вам щепоточка денег, решайте свои проблемы как хотите...

В прошлом году я была селекционером крупнейшего фестиваля в Хиросиме, который происходит раз в два года. И вот там были отсмотрены 1700 фильмов, 75 выбраны в программу, 12 из них были российскими. Система выборов очень продуманная, ничего нельзя «протолкнуть», так что всё очень честно. И в результате из пяти призов два достались российским мультфильмам! Очень многие западные продюсеры говорят: мы с большим интересом смотрим, что там у вас происходит. Российская школа анимации — одна из самых интересных, поскольку по соотношению вложений к результату российская анимация совершенно уникальна. Продюсеры исходят из экономической точки зрения, они смотрят, считают, сколько денег куда вкладывается, и каков эффект.

Вот например авторская анимация в этом плане абсолютно уникальна — фактически у нас сюжетная школа, чего в мире очень мало, - анимация драматургическая, ситуационная, когда рассказывается какая-то история, и зритель понимает, для чего он пришёл. При этом полностью потеряна технологическая база в плане звука и изображения, - иногда думаешь: о боже! И всё это просто потому, что не хватает финансов. Всё делается на старых программных пакетах и старом оборудовании. О проведении каких-либо экспериментов и вовсе молчим: у нас нет такой возможности, потому что просто нет средств. Вот для этого и собираются все эти круглые столы...

...Другое дело, что эта инициативная группа тоже делает всё параллельно основной работе, с очень большой ответственностью, и получается, в сутках не хватает лишних 24 часов. Конечно, с организацией были упущения, возможно, надо было дать информацию шире, но даже при таком небольшом количестве людей регламент собрания было очень тяжело держать. Все же приходят, у всех от силы полтора часа времени: надо решить вопросы и разойтись. И всегда есть вязкая опасность, что можно погрязнуть в разговорах, не относящихся к делу. Нужно немножко себя дисциплинировать, - как при кораблекрушении: если не будет дисциплины, жертв окажется больше. Тут просто надо взять себя в руки — на войне как на войне. Собрались, решили, сделали, отчитались, - только тогда проблемы можно будет поступательно решить. А если все станут собираться для того, чтобы говорить, у кого какая боль, кто чем недоволен, проку не будет.

Вот будет у сообщества юридический сектор, вот он и должен будет этим заниматься. Я не к тому, что надо организацию бюрократически раздувать, но если вот мне скажут: Лена, вот твой «угол», решай связанные с ним вопросы, то я их буду решать с полной ответственностью. Хотя опять же, в юридических вопросах я мало чего понимаю.

Меня в шок привела ситуация, когда суд решил, что художник-постановщик не имеет отношения к созданию фильма... И потрясло даже не то, что так решил суд, а реакция людей — они так устало на меня посмотрели... Они пережили такое страшное разочарование, - фантасмагория какая-то, адское шапито: ситуация вообще без здравого смысла.

Мир 3D. — А в связи с чем было принято такое решение?

Елена Чернова. — Речь идёт о конфликте между Эдуардом УСПЕНСКИМ и Леонидом ШВАРЦМАНОМ [Успенский много лет пытается доказать, что он единственный создатель образа Чебурашки, и что Шварцман, художник-постановщик, по сути дела и создавший «канонический» облик Чебурашки, не имеет к нему никакого отношения.«Мир 3D»], но насчёт непосредственно суда лучше проинтервьюировать Эдуарда Васильевича НАЗАРОВА.. Он участник суда, и владеет всей информацией. Я знаю только результат — и он меня шокировал. Но я не участник процесса, и не знаю, как это произошло и почему...

В любом случае, все эти разговоры про «изначальные персонажи» оттуда и идут — дескать, если человеку принадлежит литературный источник, по которому сняли фильм, то основные права у автора литературного источника, хотя это неправильно. На книгу могут и не обращать внимания до появления фильма, а вот после него она станет действительно знаменитой. Мне кажется, что если в создании какого-то продукта принимали участие сразу несколько творцов, то права, в том числе имущественные, между ними должны быть распределены по справедливости. Разговор шёл об этом.

Нужна какая-то справедливость, нужна социальная и юридическая защищённость. В данной же ситуации суд выглядит некрасиво, потому что результат разбирательства у людей, которые находятся в профессии, вызывают только скептицизм и кривые ухмылки. Так или иначе, в целом у меня нет негатива, мне кажется, что выход из всей этой ситуации есть, и всё, что есть в ней положительного, перевешивает отрицательные стороны. Мне кажется, все эти проблемы можно решить, поэтому я очень уважаю людей, взявшихся за это дело, организовавших инициативную группу. И если будет какая-то возможность что-то помочь решить, я готова идти и представлять интересы аниматоров. Потому что это сейчас очень нужно: даже если мне захочется сейчас что-то творчески воплотить, для этого нет базы...

Мир 3D. — А какова судьба «трёхмерного» направления «Пилота»?

Елена Чернова. — Это направление ушло, к сожалению. «Пилот ТВ» и «Пилот» - две структуры, к созданию которых были причастны Татарский и Прохоров, но между собой они практически не взаимодействовали. Ещё было рекламное агентство «Пилот»... Просто энергии Татарского хватало на всё сразу. Но теперь студию демонтировали вместе с оборудованием, и не вполне понятно, что случилось с ними дальше.

Мир 3D. — Большое спасибо за интервью!
анимация
Разделы:
Рубрики:
Популярное: