Человек-волк в Москве


В начале февраля в Москву был заброшен ударный десант от «Юниверсал», совершавший промо-тур для фильма «Человек-волк». Десант был поистине роскошным: три актера, исполнявшие главные роли в фильме, прошли по красной дорожке кинотеатра «Октябрь» и ответили на вопросы журналистов. Мы тоже не упустили возможности пообщаться с Эмили Блант (Emily Blunt), Хьюго Уивингом (Hugo Weaving) и Бенисио Дель Торо (Benicio Del Toro).
Слева направо: Бенисио Дель Торо, Эмили Блант, Хьюго Уивинг на сцене кинотеатра "Октябрь"

- Верите ли вы в чудовищ, верили ли вы в них когда-нибудь, когда были маленькими?

Бенисио: Да, я верю в монстров, я много видел их.. во многих фильмах: «Франкенштейн», «Дракула», «Человек-волк» - они все реальны.

- Эмили, а вы верите в чудовищ, встречались ли вы с ними в жизни?

Эмили: Я встречалась с ними  в своих кошмарах, наверное. Я не верю в существование оборотней, наверное, потому что они меня пугают. Не знаю.

Хьюго: Я бы сказал, что я не верю в оборотней. Но мне кажется, что этот фильм вовсе не о том. Он больше показывает наши животные инстинкты, которые существуют внутри каждого из нас, и вот это - гораздо интереснее.

-  «Человек-волк» - фильм, снятый в позабытом жанре классических ужасов. Фильмы подобного жанра не выходили на большие экраны уже очень давно, как вы считаете, есть ли шанс возродить жанр классического хоррора в современном кинематографе?

Бенисио: Я надеюсь, что есть способ их возродить, вот этот фильм и будет проверкой, насколько это возможно.  Думаю, время от времени кино возвращается к классическому хоррору. Я верю, что жанр можно возродить.

Хьюго: Мне кажется, всегда надо возвращаться к классике в любом жанре, чтобы лучше понять его каноны, и заново его интерпретировать. Может быть, настало время заново обратиться к классике хоррора?

- Оригинальная лента 1941 года, как известно, имела несколько продолжений. Если коммерческий успех будет сопутствовать римейку, есть ли шанс на сиквел или, может быть, предысторию? Если да, то какими бы вы хотели видеть ваших персонажей.

Эмили: Хьюго, тебя укусили, так что ты следующий.

Хьюго: Дааа…Знаете… есть несколько важных вещей, которые должны произойти прежде, чем люди начнут думать о сиквеле. Прежде всего, этот фильм должен быть успешным. Потом, одна из важнейших причин – у будущего сиквела должен быть хороший сценарий – это очень важно, важно не делать сиквел только ради сиквела. У него должен быть хороший сюжет. Насчет персонажей, я не знаю, я даже не думал.

Бенисио: Я умер в этом фильме.

- Может – приквел?

Бенисио: Может и приквел, да, возможно.

- А вы точно умерли? Может, вы просто ранены и еще поползете?

Бенисио: Да, вы правы, в классических хоррор фильмах монстры всегда возвращаются каким-то образом. Но, как Хьюго сказал – все зависит от сюжета. На данном этапе никто ни разу не задумывался о сиквеле. Я просто хотел сделать «Человека-волка». И сейчас мы предлагаем только один фильм. Один укус за раз.

Человек-волк крупным планом

- Как известно, фильмы ужасов одни из самых старых и почтенных жанров в истории кино, но тем не менее, их популярность не падает, как вы думаете, почему публика любит, когда ее пугают? Второй вопрос: в чем на ваш взгляд особая прелесть викторианских триллеров, к коим относится «Человек-волк»?

Бенисио: Кино с монстрами существует с самого начала кинематографа и, я думаю, они будут существовать еще очень долго. Возможно, все это существует в нашем мозгу. Думаю, что до тех пор, пока мы не узнаем абсолютно точно, что происходит, когда мы умираем, истории про монстров и загадки будут существовать в литературе и кино. Мне кажется, это - одна из причин, почему они все еще привлекают нас.

Эмили: Мне кажется, что помещая историю в викторианское время, вы создаете нечто визуальное, чтобы люди увидели и восхитились. Этот период также хорош хотя бы потому, что в это время было подавление сексуальности, сексуального драйва, мне кажется, именно поэтому тогда так много говорили о вампирах и оборотнях. Потому что это была репрезентация того, как люди себя ощущали в то время.

Хьюго: Викторианская эпоха в этом фильме – некое эхо, отсылка к собаке Баскервиллей, Джеку-Потрошителю, Доктору Джекилу и Мистеру Хайду, теории Дарвина.  Настроения Лондона того периода были необычны, уже появились газовые лампы и электричество, тогда люди задавали вопросы Мирозданию, они сомневались в Боге, пытались понять, откуда они произошли. И, по-моему, очень хорошо, что мы поместили персонажей в это время, а не в 30-40е годы, как в фильме-оригинале. Потому что в то время люди в маленьких деревеньках все еще могли верить в оборотней. Так что, время и место нашей истории со всех сторон выбрано идеально.

- Насколько  сильно вам пришлось декорировать сегодняшнюю Англию.

Бенисио: В то время я концентрировался на игре, хорошо, что были другие продюсеры, которые позаботились обо всем. Я не занимался дизайном, поэтому не могу ответить на этот вопрос.

Хьюго: Там было много вполне реальных декораций: замок, и деревня – это настоящая деревня, в этих местах декорировали совсем немного. Часть домов – это настоящие дома – удивительные исторические здания. Но много лондонских улиц были созданы заново. Наверняка художественный отдел хорошо поработал, чтобы закрыть ненужные здания. На самом деле в Лондоне много потрясающих викторианских и георгианских местечек, везде, куда ни взглянешь. И, конечно, были построены декорации – просто потрясающие декорации.

Бенисио: я хотел бы еще добавить, что художником-постановщиком, отвечающим за все декорации, был Рик Хенрикс (Rick Heinrichs), который занимался декорациями. Все сцены в психбольнице были сняты в построенных с нуля декорациях. Он – один из лучших  художников-постановщиков.

- Эмили, очень интересно, как вы выстраиваете закадровую историю своей героини. В конце фильма – что ей подсказала цыганка,  последовала ли она ее предсказаниям? Или страх в ней победил? Я ожидала, что она спасет героя своей любовью. А он в итоге умирает. Или это в жанре фильма ужасов? Так было задумано?

Эмили: Думаю, она действительно его спасает. Это самый бескорыстный поступок женщины, которая любит. Именно об этом предупреждала ее цыганка Малава, о том, что избавления нет – нет никакого другого пути к спасению… И даже, если там есть момент узнавания, когда она может видеть человека внутри зверя, он в аду, когда он в обличьи зверя. Поэтому то, что она делает – это спасение. Она совершает единственный поступок, который может сделать любящая женщина - убивает его.

- Эмили, Человек-волк для меня и для многих, думаю, воплощение животного начала. Значит, с одной стороны – жестокости и силы, а с другой, наверное – и сексуальности. Здесь незримо с  нами присутствует еще один актер – сэр Энтони Хопкинс, так вот, кому бы вы скорее дали себя укусить, Бенисио Дель Торо или Энтони Хопкинсу?

Бенисио: ну давай.

Эмили думает.

Бенисио: Давай, давай, быстрее. Я тут.

Эмили: Бенисио.

Бенисио: Тото же! Спасибо большое!

Входим в роль! Бенисио Дель Торо "нападает" на Рика Бейкера на съемочной площадке "Человека-волка"

- Бенисио, скажите пожалуйста, что человек чувствует, когда оказывается в образе волка? И что вы чувствовали, проводя три часа в кресле гримера? И когда после вы смотрели в зеркало и видели волка?

Бенисио: Когда я впервые увидел себя в гриме, я наговорил комплементов Рику Бейкеру (Rick Baker) за то, что он напомнил мне, что я выгляжу как моя собака. Еще… накладывать грим было трудно. Но это было так хорошо сделано, что к концу тебя завораживает работа гримера. Они накладывают грим кусочек за кусочком, и это как медленная магия. Но самое сложное – снимать грим. Процесс снятия грима занимал два часа. Все коллеги уже спят по домам, а ты еще в трейлере и они скребут тебе лицо – единственный способ снять всю краску и все пласты грима – это оттирать его. Это было не весело.

- Вы исполнили одну из самых известных ролей Лона Чейни младшего, не планируете ли вы пойти по его стопам и сыграть остальных монстров компании «Юниверсал»: Дракулу, Франкенштейна?

Бенисио: А сколько заплатите? Я очень люблю те фильмы, но актеры всегда хотят что-то новенького. Эта роль была чем-то новым для меня. Но фильмы делаются не одним человеком, а группой людей. И начинается фильм с сюжета, тогда нужен сценарист… я не знаю, буду ли я играть еще монстров, но кто знает… и нам очень повезло собрать на этом фильме таких замечательных людей, начиная от художников по костюмам, заканчивая оператором. У нас было много очень талантливых людей в каждом отделе. И если так будет – я сыграю даже горбуна – не важно. Мне очень повезло сыграть в таком ностальгическом фильме, все равно, что отправиться назад в будущее. Я вырос с этими фильмами. Это – первые фильмы, которые я помню. Я был маленьким, но знал название и знал имена актеров. Мне просто повезло  сняться в одном из них.

- Хьюго, вы начинаете свою роль в фильме как блюститель закона, раньше вы уже играли блюстителя закона в кино, а заканчиваете вы роль будущим монстром. Что вам больше нравится – быть хорошим или плохим?

Хьюго: Я никогда не рассматриваю персонажей с точки зрения плохой он или хороший. Это скучно. Мы все очень сложные индивиды, в нас сложным образом переплетается и то, и другое. И для меня, как актера самое интересное – исследовать эти сложные переплетения для любого персонажа. Я не рассматриваю их с точки зрения черного и белого.

- С каким оборотнем в кинематографе вы сравнивали себя, какой для вас самый интересный? Какие личные качества вы внесли в вашего героя? Вопрос ко всем, в фильме есть параллель между тем, что актерство и оборотень – это одно и тоже.  Разделяете ли вы эту точку зрения?

Бенисио: Я вырос на Карибских островах, и есть только один классический монстр, который мог бы жить на Карибах – это Чудовище из черной лагуны. Когда я был ребенком, я считал, что это был единственный монстр, который мог вползти в окно моей спальни. Дракула и Человек-волк – оба из холодных стран, Франкенштейн – тоже из холодной страны. Может быть, Кинг-Конг и Чудовище из черной лагуны могли жить где-то поблизости у пальм в сорокоградусной жаре. А второй вопрос какой был?

- Насчет того, что оборотень и актер – одно и тоже.

Бенисио: О, черт! Это вы сказали! Не я. Я не знаю. А вы что думаете? Актер и оборотень – одно и тоже? Эээ.. Хьюго, поможешь?

Хьюго: Я никогда не думал об этом с этой точки зрения, но, наверное, тут есть некая правда. Актер всегда пытается предстать не тем, чем он есть, перевоплотиться.

- Вы возродили легендарный фильм 1941 года. Есть ли у вашего фильма шанс стать классикой?

Бенисио: Надеюсь. Но тут нельзя сказать наверняка. Я надеюсь… но, знаете, одно можно сказать точно – мы сделали этот римейк искренне, над ним трудилось очень много талантливых людей.

- Можно ли вообще заранее предсказать, какой фильм может стать классикой?

Бенисио: Нет, не думаю, что это возможно. Единственно, что возможно – для актеров – хорошо сыграть момент, сделать все от нас зависящее. Это все, что мы можем. Не думаю, что есть некая формула, если бы так было – это было бы слишком просто. А иногда мне кажется, некоторые фильмы стартуют слабо, но постепенно находят свою аудиторию. И я играл в фильмах, которые провалились в прокате в первую неделю, а потом зритель начал приходить, и это удивительно. Кажется, этот фильм уже никто не посмотрит, а потом люди начинают задавать вопросы об этом фильме, он им нравится. Так что, формулы успеха точно нет, но мы надеемся, что у этого фильма есть все составляющие, чтоб и начать хорошо, и жить долго.

интервью
Разделы:
Рубрики:
Популярное: